Тэги

Похожие посты

Добавить в

Елена Ваенга: музыкальный феномен

Ее называют музыкальным феноменом. Она ни на кого не похоже. Энергетика, стиль, сильный голос, глубина и манера исполнения, эмоциональная напряженность, искренность и проникновенность текстов, актёрский драматизм, дар перевоплощения и артистизм, богатство создаваемых образов и характеров — можно перечислять бесконечно… Для нее немыслима фонограмма. Искусство, в ее понимании, должно быть честным. Певица, актриса, автор и композитор песен, профессиональный  концертмейстер, или «и швец, и певец, и в театре игрец» — Елена Ваенга.

В жизни она не курит, бережет голос, и уж конечно не одна: вокруг всегда команда и поклонники. Со своим заглавным хитом «Курю», она стала дико популярной почти в одночасье…

Когда на вас обрушились «Золотые громофоны», стали зашкаливать продажи дисков, у вас был шок от таких явлений?

Нет, объясню почему. Потому что я уже об этом говорила, когда к человеку приходит слава в 20 лет — это страшно. Повторю сейчас фразу, не буду говорить, кто мне это сказал, где мне это сказали, кто этот человек, который эту фразу придумал, но реально существует эта женщина, она православная певица. Она сказала одну фразу, и я готова ее повторять, если не каждый день, то очень часто: «Я каждый день благодарю Бога за то, что у меня есть, и трижды за то, чего у меня нет». Это очень мудрая фраза. Так вот, если дать славу человеку, популярность, славу, деньги и много чего, в 20 лет, ничего хорошего из этого не выйдет. Это трагичная ситуация. Она может довести человека до звездной болезни, потому что где-то к двадцати годам у человека… Я тоже была двадцатилетней, буквально вчера — это не до конца сформированный внутренний стержень. Он уже есть, он уже родителями заложен, учителями, то есть либо заложен, либо нет. Но если он есть, он все равно хрупкий, его можно сломать, его можно повести не в ту сторону, а к 30 годам он уже… знаете как, все стареет, стержень тоже.

Вы из небольшого города, совсем из небольшого городка. Трудно ли было учиться в Петербурге после провинциального города?

Немножко, да. В социуме было трудно существовать. Я считаю, что вообще коренные жители больших городов, столичных, они немножко… ну поскольку у меня были такие подружки, поэтому я по ним сужу. Они были более спокойными, менее подвижными, чем я. То есть у меня был какой-то внутренний мотор, и я не могу сказать, что только у меня. У нас девочки северные, они все очень подвижные.

Я такой человек — я очень-очень земной, я бы сказала, мегазаземленный по щиколотку, и когда говорят: «Она босиком ходит, она, наверное, хочет отличиться от всех». Нет, мне просто реально удобно быть босой на сцене. Я территорию так свою ощущаю, мне так удобно.

А песни вы как пишите, это для вас работа или вы ждете вдохновения, каким образом?

Ой, слава тебе Господи, что для меня песни писать — это не работа. Нет, это вообще самое страшное, мне кажется. Это, вообще, самое страшное. Если когда-то мои песни превратятся в работу, меня больше не станет. Все, можете крест на мне ставить. Фу, я сама себе противна стану! Это я только про себя говорю, я не сравниваю себя с Раймондом Паулсом, пожалуйста, мною многоуважаемым. Понимаете, у Раймонда Паулса песни — тоже не работа. Он пишет только тогда, когда он хочет писать, нравится это кому-то или не нравится, пойдет это или не пойдет. Это вообще, даже обсуждать не надо. Приходит это само и все. Почему я говорю: «Это ты Богу расскажи про звездную болезнь!».

Как вы относитесь к критике?

Меня раньше очень обижало, что если я что-то делаю так, как мне нравится, как мне удобно, я этим не приношу вреда, я этим никого не оскорбляю, ничью память не оскорбляю, ну, почему меня надо обидеть, почему обо мне надо сказать плохо.

Меня очень многие не любят, я могу сказать за что. Я абсолютно нестандартный артист, мне вообще, в принципе… я делом занята! Я из себя не могу строить гламурную девушку, а это не плохо, не хорошо, есть такой образ, потому что я не подхожу под стандарты гламура. Когда меня критикуют за дело, я задумываюсь и пытаюсь исправиться, потому что за дело меня критикуют. Бывает такое, что я не замечаю на бегу… даже не на бегу, я настолько занята, что я не замечаю мелочей всяких. Ну, вот обо мне, например, очень много писали в газетах о том, что я маникюр не делаю, муссируется уже эта тема. Я просто не успеваю, но уже из-за этой критики я стала где-то больше уделять внимание себе и думать о том, что если все-таки я артистка, я должна быть, наверное, должна быть ухоженная внешность или как это обычно положено. Я делом занята. Я фанатично люблю творчество! Музыку, театр, и все вытекающее из этого, а вот все остальное… я его не осуждаю, это все остальное, но я ему очень мало внимания уделяю, за что получаю тумаки.

Я полноватая женщина, генетически. В средстве того, что я люблю готовить, люблю кушать. Таких как я очень много, ну все же… Вы понимаете, наверное, о чем я сейчас говорю.

«Это несчастная певичка, которая постоянно чешет нос!». Ну, вы 3,5 часа попойте вживую, вдох-выдох, вдох-выдох, так не так еще нос утрете. Понятно, да, о чем я говорю?! Когда температура от софитов шкалит, и ты как в баню ходишь, естественно 7 потов с тебя сходит. Это же не 2 песни, живяк — это живяк. Это труд, но это радость, потому что я, если не истинный борец… В общем, я не поклонница фонограммы.

Как вы относитесь к приметам? Вы суеверная?

Никогда не фотографируюсь и не даю автографы перед концертом, вот это у меня примета. Сфотографировалась — обязательно что-нибудь случится, вот обязательно: либо микрофон отключится, либо что-то упадет, либо инструмент выйдет из строя.

Страницы: 1 2

Нравится

Опубликовано мая 3, 2012 в Интервью