Тэги

Похожие посты

Добавить в

Ксения Собчак: жертва информационной войны

Ей завидуют, ее осуждают, ненавидят, и, одновременно … любят! Кто-то осуждает ее за пошлость и легкомысленное поведение, принимая за падшую женщину, а кто-то восхищается ее интеллектом, образованности, эрудиции и острому юмору. Морально независима и самодостаточна, человек с сильным стержнем внутри, который неподвластен никому. У нее своя правда, ей никто не пример и никто не помеха. Одна из самых ярких персонажей нашего времени, первая российская «светская львица», журналистка, телеведущая и актриса — Ксения Собчак.

Выдержки интервью для телеканала «Астана»:

Ксения, я очень активно слежу за вашим твиттером, и заметила, что вас читают почти 400 тысяч человек, то есть еще чуть-чуть и уже полмиллиона. При этом вы ни за кем не следите, и у вас ноль «follow». Вам на самом деле никто не интересен, или же у вас еще отдельный эккаунт, по которому вы следите за теми, кто вам интересен?

Я изначально думала над тем, за кем «follow» или не «follow», но мне кажется, что это вопрос философский. Я — человек, которому сложно принять мысль, что он будет за кем-то follow. Я привыкла сама прорубать свои тропинки в лесу, иногда они меня заводят, может быть, не туда, куда нужно. Я всегда привыкла идти впереди, потому что если ты идешь за кем-то, ты можешь стать как раз тем, кто может заплутать в чужих ошибках. Но если говорить серьезно, у меня есть, безусловно, новостные порталы, которые я смотрю, а все люди, которым интересно то, о чем пишу я, в этом смысле я все равно дружу с ними в твиттере. Тот же Алексей Навальный, или Венедиктов, или Минаев. Когда им интересно, что я пишу, они же мне пишут, и я могу им отвечать, то есть у меня все равно происходят те же переписки.

Недавно Владимир Познер назвал вас талантливой. Для вас, вообще, важна оценка таких людей?

Мне было очень приятно услышать это от Владимира Владимировича Познера, потому что он для меня является эталоном журналистской работы, я сама что-то делаю в жанре интервью, и он для меня безусловный  пример. Когда я готовлюсь к интервью, если этот человек был до этого у Познера, это первое, что я смотрю. Это всегда то, что мне интересно, и я очень уважаю этого человека. Поэтому конкретно его мнение мне было очень важно.

Если бы он был в твиттере, вы бы за ним «follow»?

Я бы постаралась с ним как-то переписываться, я скажу так.

Я не могу не упустить тот инцидент, который произошел недавно в вашем ресторане «Твербуль» в Москве. Вас обвиняют в избиении двух журналисток…

Вам, кстати, не страшно со мной на интервью?

Вы знаете, нет. Потому что я, в принципе, такая же. (Смеется). Учитывая ваш вспыльчивый характер, конечно, можно подумать, что вы способны. Но вот, скажите честно, вы способны, на самом деле, ударить женщину?

Я могу сказать так: ситуации бывают разные в жизни, я точно могу за себя постоять. Но, одна хрупкая девушка, справиться с двумя журналистками, за которым еще в конце приехал мужчина… Мне жалко, что «lifenews» придумывают абсолютно все методы пропаганды, и абсолютно нагло устраивают из этого вранье и ложь. Очевидно, что я была недовольна, что девушки пришли в частное заведение, в мой ресторан — это частное место, частная собственность, и начали исподтишка снимать то, как я общаюсь с молодым человеком и так далее. Мне это неприятно, я очень не люблю, когда вмешиваются в мою личную жизнь. Безусловно, когда официант сказал, что за другим столом меня снимают девушки, я подошла и попросила, чтобы они удалили запись. Они это сами сделали с телефона, и никакой там драки и никаких ужасов и близко не было.

То есть, весь ужас начался после того, как они вышли за пределы вашего ресторана?

Это был совершенно маленький инцидент. Весь ужас начался тогда, когда они вышли из ресторана. Вдруг подбегает испуганный официант, и говорит: «Там милиция, они опять стоят, все снимают». И я понимаю, что они вызвали милицию, у которой действительно нет никаких поводов что-то делать, и девушки будут снимать просто на камеру, как мы объясняемся с милицией. А для любого человека, который не знает, что такое пропаганда, для него сам факт, что приехали милиционеры — значит, что-то там было. Поэтому чтобы не давать им возможность показывать меня в одном кадре с милиционером, который будет спрашивать: «Что случилось?», потому что они действительно позвонили 02: «Режут, убивают…», я сейчас тоже могу позвонить и сказать: «Меня душат, убивают…»,  мы ушли через задний вход. В общем, начался какой-то ад, включился Онищенко, какой-то ужас…

Я просто слежу за всем информационным полем, и мне кажется, что именно в российском информационном поле, сейчас стало трендом и модно вести информационную войну, то есть это, как правило, задевает именно тех людей, чьи рейтинги выше. Вам не кажется, что это провокация, на которую вы просто попались?

То есть, вы думаете, что они специально сделали такую постановку?

Я думаю, что, скорее всего, потому что после этого мы узнали, кто такие «lifenews». До этого, мы вообще не знали, что есть такой сайт.

Я не думаю. Я думаю, что как обычно получилась ситуация, которой хозяева этого «lifenews» сумели хорошо воспользоваться. Я не думаю, что можно так сложно специально простроить схему. Они хотели снять очередной грязный желтый репортаж о том, с кем обнимается Ксения Собчак. А уже когда были застуканы, я думаю ход подсказал как раз Ашот Габрелянов — хозяин сайта. Они решили раскрутить эту историю. Безусловно, сами девочки не могли фальсифицировать правки, для этого нужно иметь какой-то властный ресурс. Я думаю, что хозяин сайта смекнул, что из этого можно сделать хороший пиар, и договорился так, что им сделали справки про то, что у них там сотрясение мозга, ушибы многочисленные, какой-то бред… И дальше уже стал раскручивать эту историю.

Задумывались ли вы о том, каковы истинные причины того, что бренд «Ксения Собчак» — самый продаваемый на постсоветском пространстве?

Я думаю, что причин для этого несколько. Наверное, одна из причин это то, что я человек достаточно непредсказуемый, достаточно четко формулирующий свою позицию, и живой. Вы знаете, у нас живых людей очень мало. У нас все какие-то застекленевшие люди, которые говорят одинаковыми фразами, очень боятся сказать что-то искреннее от себя, и очень осторожны в этом смысле. Я — живой человек, я — искренний человек…

Страницы: 1 2

Нравится

Опубликовано Apr 10, 2012 в Интервью