Тэги

Похожие посты

Добавить в

Лолита Милявская: «Похороните меня в красивом платье!»

Лолита Милявская. Начало интервью

Были ли вы когда-то на грани жизни и смерти?

Где-то в 2001 году, когда я продолжала оплакивать собаку, и не очень понимала, что у меня с работой. Был момент жизни, когда я чувствовала, что из меня уходит жизнь. И я это очень хорошо чувствовала — когда тело отдельно, и есть ощущение, что душа поднялась уже где-то на метр от тебя. То есть, ты как бы функционируешь как человек, но твое тело уже ничего не чувствует. Ты понимаешь, что ты умираешь. У тебя ничего не болит, вообще ничего. Просто у тебя нет интереса к жизни, и ты спокоен совершенно.

Вы боитесь смерти?

Был момент, когда не боялась, когда мне было совершенно все равно. Я понимала, что это переход в другое состояние. Вот тогда я не боялась смерти. А сейчас, когда понимаешь, что жить-жить — это так классно, я вдруг поняла, что не хочу это терять. Я посмотрела на все похороны, которые происходят, когда родственники с ума сходят, пока выбью личное место покойному. Потом еще безумные деньги стоит приличный гроб. Никогда не забуду — мы хоронили нашего приятеля Саню Монина. Помню, ребята подошли брать гроб, а человек из ритуальной службы говорит: «За ручки не берите. Они очень слабые и могут отвалиться. Так несите». То есть ты понимаешь, качественный гроб стоит очень много. Поэтому родственникам я уже сказала: «Ребята, да лучше вы пропьете эти деньги. Гроб в аренду. Аренда будет дешево!». Я серьезно это сказала. На фиг мне гроб на том свете?! А если кремироваться, так в какую-нибудь вазочку. Появилась же новая технология, что из одного покойного человека делают 2 бриллианта по карату. И я подумала, сделаю по карату — один отдам Еве, другой — Димке. Но у него должна быть своя жизнь. Ну что, он будет с этим камушком неприлично вступать в отношение с девушкой. Надо его снимать, потом потеряет, потом он его еще подарит девушке. А Ева может потерять как нормальный ребенок, как я потеряла в свое время бабушкино обручальное кольцо. Думаю, обидно же будет… Лучше не делать из себя бриллианты, чтобы потом не навешивать на людей этот фетишизм. Поэтому урночка с пеплом и желательно развеять. Людмила Марковна оставила видео-обращение: во что надеть, как хоронить, как накрасить лицо… я это обращение видела.

А вы будете оставлять такое обращение?

Да, я уже Руслану сказала, как и что, и платье директору сказала какое.

Можете рассказать?

Сказала, категорически не накрывать меня белым покрывалом, и ничего на голову. Я терпеть этого не могу.

А чем накрывать, желтым?

Ничем не накрывать. Я должна лежать хорошенькая, в длинном красивом платье. Только я сказала, в руку мне положить шерсть моей собаки. Все. Больше мне ничего не надо. Я не хочу вскрытия. Объясню, почему. Потому что, при вскрытии нельзя, чтобы на тебя надели платье с каким-то минимальным декольте. У нас очень некрасиво вскрывают, поэтому можно без вскрытия. (Хохочет). Лучше я договорюсь сразу, и попрошу ребят: «Снимайте меня справа». Знаете, как принято снимать пожилых артисток?! «Мне вот тут прочерти черту, чтобы не было двойного подбородка, и проверь фотографии. Попроси, чтобы они тебе их показали». Я Руслану доверяю. Он — человек невероятно креативный и провоцирующий. Он занимается не просто фотографией. Все, что он делает это произведение искусства.

Как вы думаете, что будет после смерти?

Другая жизнь

Какая?

Какую ты заслужил. Ад есть земля, где мы живем. И не я одна так считаю. Много философов пришли к этому выводу, что это и есть ад. Здесь люди жарятся, здесь они отрабатывают. Ад — это когда ты отрабатываешь какие-то свои прежние воплощения, или нынешние воплощения. Кстати, меня эта теория сдерживает во многом, от скотства на земле. Потому что я все время думаю: В следующей жизни, если я что-то сделаю, то мне дадут кроликов Кентукки, и я буду кроликом. Зачем мне это надо?! Или бомжем на Курском вокзале. Не хочу!

А кем бы вы хотели быть?

Красивой женщиной, которая лечит людей.

Сексуальной медсестрой?

Почему сразу медсестрой? Я ничего не сказала о сексе. Тонкая, изящная. Тонкая и красивая. Духовная, но она умеет лечить — целитель. Я бы хотела родиться человеком, который нетрадиционно помогает. Не оперирует.

Вы не суеверная?

Вообще, если говорить о православной вере, то суеверие является грех. Это недостаток веры.

И астрология является грех. И каббала является сектой.

Нет. Я сейчас говорю о настоящей вере, о той, которая не отрицает, которая терпима. А догмы к вере не имеют никакого отношения. Это сатанизм чистой воды. Сатана есть во всех рядах, в том числе и у священнослужителей. Если говорить о человеке по имени Чаплин, то я, например, считаю его настоящей бесовщиной, включая его голос. Ярый представитель сатаны. Я считаю его воплощением сатанизма. В общении с Богом, я предпочитаю общение без посредников.

А каббала не секта?

Нет. Это духовное течение. В том месте, куда я хожу, есть мусульмане, иудеи, православные, и все приходят заниматься каббалой. Между прочим, на каббале рассказывают, как правильно понимать Библию, как правильно понимать Тору, как правильно понимать мусульманские книги. В какой-то момент я поняла, что нуждаюсь в дальнейшем духовном развитии, и нуждаюсь в людях, которые сделают мою жизнь еще просветленнее. В эпоху тотального негатива и зла, находятся люди, которые не навязывая никому и не призывая ни к чему, говорят: «Ребята, надо подключаться к Свету Творца. Вы созданы по образу и подобию. Обратите внимание на эту фразу. Живите как Бог». И надо просить не для себя, а для других — один из основных постулатов каббалы. Не проси для себя, не ставь в церкви свечку для себя. Ты приходишь  в церковь и просишь: «Я хочу то-то… дай мне пожалуйста много». А каббала тебя учит: ты пришел в церковь, пожалуйста попроси для всего человечества, попроси чтобы у всех был достаток, счастье, здоровье, любовь. Тогда будет и у тебя. Не проси для себя.

Молодой человек Мадонны обиделся, что Мадонна придала огласке фотографии, где она в обнаженном виде.

Меня эта фотография не шокировала. Наверное, потому что я по-другому смотрю на артистов. Я смотрю на фотографии Мадонны и понимаю, что на ней адский труд. Я не смотрю на то, какого размера у нее грудь. Я смотрю на натруженные вены, на совершенно мужские вены, и вижу за этим, невероятное количество труда. А посмотрите на ее колени, на руки… Меня не шокируют эти фотографии.

Однажды вы рассказывали, как делали себе подтяжку…

Не подтяжку. Я убирала грыжи и веки.

Вы больше не обращались к таким услугам?

Это не делается так часто. Если ты делаешь это часто, то это уже говорит о психическом отклонении. Что касается пластики, если человек все время подвержен ей, это означает абсолютное неудовлетворение собой. Самое страшное, что этому человеку нужен психолог, а не пластический хирург. А это может случится в любом возрасте. Я — трус. Я ненавижу уколы. Пластическая операция предполагает наркоз, а делают его в вену. Мой врач до сих пор вспоминает, как я хватанула врача, уже прикованная к операционному столу, к которому тебя привязывают ремнями. Это не как обычная операционная — звучит музыка мягкая потрясающая, все добрые…

Это что за операция была?

Это когда глаза делали. Это Операция не делается под местным наркозом, а делается под общим. Меня привязывали ремнями к столу. Я начала кричать: «Не надо мне! Я и с такими глазами похожу! Отпустите меня!» Привязанной рукой я схватила хирурга… Я не буду говорить, что я его за яйца схватила. Я схватила его за ногу, чуть ниже ягодицы, но с такой силой — мертвой хваткой. Наркоз, которые мне пустили через ногу, начинал действовать, и я уже не помню, как разжала руку. Я просто видела глаза доктора. Он был в маске, и у него расширились глаза, потому что видно я его безумно больно схватила за ногу. Но потом я ничего не помню.

Нравится

Опубликовано Feb 29, 2012 в Интервью